Здравствуйте, дорогой мой гость. На маленьких островках блогов и сайтов, из атомов и молекул которых соткано тело той самой всемирной сети, кою мы называем Интернетом, сегодня живёт два – три миллиарда наших с Вами земляков. Одни, сами того не заметив, переселились сюда совсем. Другие, к которым, надеюсь, принадлежим и мы с Вами, заглядывают в экран монитора, чтобы передохнуть от трудов праведных, узнать что-то новое и познакомиться, если получится, с интересным человеком.

          Не стану лукавить, и мне хочется рассказать Вам что-нибудь интересное. Согласитесь, иначе зачем бы вообще мне создавать новый атом организма нашего великана? Объединив привычку играться с фото и видеокамерами с неумолимой тягой к графомании, я, вдруг, заметил, что на выходе получается, как мне кажется, нечто целое и законченное. Возможно, мои фото не так хороши, как продукция моих любимых племяшек, которые занимаются фотографией профессионально. Конечно же, этот блог, переделанный в сайт Валерой Казаковым, не будет находиться в первой тройке сайтов всех поисковых систем, как сайт нашей организации, который продвигал тот же Валера, потому что это его работа. Да, здесь этого и не нужно. К сожалению, в моём доме вам не споют (впрочем, не зарекаюсь) и не дадут возможность выиграть путёвку на Цейлон, как на сайте Володи Маркина, который первым посоветовал мне создать свою страничку в Интернете, за что я ему благодарен. Впрочем, давайте по порядку…

          Началось всё с того, что некоторые из моих друзей, почтовые ящики которых я забивал своими эссе с картинками, пытаясь остановить это безобразие, практически одновременно начали давать мне советы свершить этот поступок…, конечно же, прислав им адрес: «Мы будем сами заглядывать туда и перечитывать, перечитывать, перечитывать…». Так вежливо (с искренней любовью и, как плод последней, изысканным тактом) посылать умеют только очень интеллигентные люди, очень. С улыбкой принимая дружеский посыл, отвечаю всем сразу так же совершенно искренне: «И я вас всех люблю, дорогие мои. Перечитывайте».

          Простите за публичные интимные признания к тем, кто мне близок по жизни. Дело в том, что хотя бы первые три абзаца, думается, мои старые друзья всё-таки дочитают, заглянув из любопытства по адресу, который я им непременно вышлю. Вам же – моему новому другу, наверное, мне стоит представиться. Проще всего, мне кажется, это сделать, разъяснив название строящейся новой комнатки моей квартиры – «У дедушки Кита».

          Начну справа налево… нет, нет, не по тому, что Вы подумали. Я начну справа налево из-за того, что мне именно так сейчас удобно. Если же Вам пришла в голову иная причина, таки Вы ошиблись, чтоб Вы были здоровы. Русский я не только по паспорту, но и по знанию нескольких поколений своих предков – Никитиных, Чапкиных, Виноградовых и Корнеевых. Нет, была одна из прабабушек цыганкой, но это когда было? Раз мы знакомимся, то сразу сообщаю, что слова «русский», «еврей», «таджик» и т. д. я произношу с одинаково ровной интонацией, чего ожидаю и от каждого своего собеседника. Часто попадающиеся обороты израильского языка (что это за язык такой, я описал в одном из своих рецептов) говорят только о моей любви к этой чудесной стране и друзьям, живущим в ней.

          Итак, начнём с Кита. Зовут меня Дмитрий Станиславович Никитин. Быстро перебираем буквы имени глазами… – вот! Вот этот Кит, спрятавшийся ровно в серединке фамилии. Если отбросить читаемые с разных сторон «ни-ни», как раз, он и останется – Кит. Пишу с большой буквы не из желания зазнаться, а как имя собственное. Собственное – не значит «моё»… хотя оно именно моё, а в воспоминание какого-то правила правописания имён собственных из курса средней школы. Я эти правила уже порядком подзабыл (согласитесь, где я, а где школа?), поэтому надеюсь на Вашу снисходительность, когда Вы, неожиданно для себя, вдруг, увидите где-то во чреве очередного моего опуса лишнюю запятую, а паче ужаснётесь из-за отсутствия таковой.

          Оглядываясь на оставленную за спиной половину века, я вижу множество вариаций склонения моей жёсткой паспортной идентификации, которые именно сюда, как мне кажется, совершенно не подходят. Рассудите сами. Захочется ли Вам обращаться ко мне, взяв что-то из градации самого имени от дворового малолетнего «Димка» через официально учительское «Дмитрий» и неуютно бандитское второй половины девяностых «Димон» до шутливо-нежного любимой – «Митюнюшка»? Не надо, не надо сразу за Митюнюшку хвататься. Давайте оставим этот вариант моей единственной и неповторимой.

          За приставку к Дмитрию обязательного Станиславовича я боролся после армии на разных производствах, где трудился в качестве среднего звена мастером, механиком цеха и т. д. Боролся не потому, что не хотели называть, а из-за сложности произношения самого отчества: Ста-ни-сла-во-вич. Молодая гордынька прошла к тридцати годам, когда я освободил моих начальников и подчинённых от своего присутствия, отправившись в вольное плавание по бурному океану новой экономической политики моей страны девяностых годов прошлого века.

          Школьные прозвища в младших классах поражали изобилием, а потому, наверное, и не запомнились. Разве что «толстый» затесалось в память обидой на кого-то. Слава Богу, что уже не помню, на кого конкретно.

          Китом меня впервые назвал Ваха Макаренко, с которым мы познакомились в девятом классе школы номер семь города Красногорска, куда попали из разных учебных заведений за, скажем так, поведение, недостойное советского комсомольца. Не знаю, как там было у Вахи, а в мой аттестат о восьмилетнем образовании, до отказа забитый пятёрками, каким-то непонятным для меня самого образом вкрались двойки по поведению за седьмой и восьмой класс. Ботаника-хулигана хотели просто исключить из школы, но сердобольный педагог, ставший моим классным руководителем на последние два года школьного обучения, Нина Сергеевна Куркова то ли сама согласилась в какой-то высокой надшкольной инстанции взять себе класс с подобными мне «самородками», то ли ей навязал нас кто-то из вышестоящих сочувствующих товарищей, но факт остаётся фактом – биографию нам портить не стали. Просто собрали вместе, наверное, чтобы легче было контролировать. В таком коллективе, как Вы сами понимаете, без прозвища было нельзя, и Ваха назвал меня Китом, получив от меня взамен, вместо своего звонкого Вадим, некоего грузинского Ваху. Впрочем, не помню. Может, и не от меня. Да и какая сейчас разница, если мы говорим не о нём, а обо мне? На удивление, «Кит» сразу прижился, и остался со мной до самого выпуска.

         «Обретение нового прозвища превратило два последних года обучения в школе в самый светлый период моего среднего образования…» хотелось бы написать в подтверждение правомочности называться столь крупным млекопитающим, но самоустановка рассказывать на этом сайте только о реальных событиях не позволяет мне так далеко заблудиться в собственных фантазиях. Безусловно, что счастливая встреча с замечательным педагогом Ниной Сергеевной и позволила в эти два года легко исправить мои поведенческие “неуды” в достойные “прим”…, если не по жизни, то хотя бы в дневнике. Если же серьёзно, то наша классная (с любой точки зрения) руководительница, во-первых, легко разгадав мои склонности, отдала мне все главные роли на сцене руководимого ею школьного театра, а, во-вторых, преподавая русский язык и литературу, поселила во мне те самые семена графоманства, плоды которого сейчас и разрастаются на этой небольшой грядке бесконечно огромного огорода Интернета, за что ей низкий поклон.

          Кто принёс «Кита» в институт, не знаю. Каким-то непонятным для меня самого образом он перетёк вслед за мной из школы и прижился на почве высшего образования сразу и навсегда. Думается, сегодня, начни Вы рассказывать обо мне, пытаясь вызвать какие-то воспоминания, кому-то из моих институтских однополчан, он (или она) будут долго морщить лоб: «Что за Никитин такой? Как, как Вы говорите его имя? Дмитрий?… Увы, не припоминаю». А скажете: «Кит», – и у многих сразу возникнет образ с вечной сигаретой или трубкой в зубах (и частенько под хмельком) институтского балагура, при первой возможности вылезающего на сцену, чтобы спеть, сыграть или просто почитать стихи; с первых дней положившего на учёбу всё, что не следует на неё класть, но каким-то чудом без задержек переходящего с одного курса на другой до самого выпуска. В общем, меня.

          Пришедший с годами опыт показал, что во второй половине личного столетия друзьями остаются именно те, кто был ими в детстве и юности, а потому помнящими все наши молодые прозвища. Сегодня я пенсионер, и именно поэтому, когда снимаю телефонную трубку, чаще всего слышу: «Привет, Кит…», и это обращение, став привычным за десятилетия, мне нравится. Если нам когда-то удастся подружиться и с Вами, то этот момент Вы сами не пропустите. Запоминайте. Как только после привычного «Дима» или «Дмитрий» Вам захочется обратиться ко мне так же: «Привет, Кит», – значит, вот оно – то непонятное ощущение близости, которое трудно объяснить словами. Да, оно и не нуждается в словах, потому что дружба – это умение молчать об одном и том же. Конечно же, до этого ещё далеко, поэтому предлагаю Вам, как, хотя и новому, но, уверен, доброму знакомому, пока заходить в мой уголок, чтобы просто почитать что-то интересное, а, возможно, и полезное для себя.

          Переходим к слову «дедушка». Здесь всё проще, а потому и разъяснения короче. Во-первых, мне никогда не приходило в голову идентифицировать себя бабушкой. Самым дотошным скажу больше: девочкой, девушкой или женщиной я себя тоже никогда не определял, поэтому сегодняшнее называние себя дедушкой, на мой взгляд, является единственно правильным. Во-вторых, внуки мои сегодня уже учатся в школе: внук во втором, а внучка – в четвёртом классе, поэтому дедушка я самый настоящий, и даже в квадрате… (время летит незаметно, внуки поднимаются к вершине среднего образования по ступенькам очередных классов, а новая внучка уже возвела звание деда в куб…).

          С другой стороны, сразу спешу заявить, что дедушка я молодой. Этот сайт я решил подарить Вам лично и (чего там скрывать?) себе самому к своему семнадцатилетию, которое на днях собираюсь праздновать уже в третий раз. Ладно, ладно… не буду морочить Вам голову, а, вернувшись к паспортным данным, просто доложу, что родился я 25 февраля 1960 года. Если кому-то это событие уже доставило хоть какую-то радость, то можете отметиться, написав: «С днём!», «С днюхой!», «С днём рождения, уважаемый, дорогой…, а может быть и любимый»…, – или кому, что придёт в голову. Кстати, поздравлений здесь в этом году я не очень ожидаю, потому что комната моя пока только покрывается обоями, а мебели никакой. Вот если за годик удастся её наполнить чем-то интересным, то поздравления со следующей датой, думается, будут более искренними. Так что, я не спешу, потому что, хотя и дедушка, но молодой ещё.

          Последним словом нашего заголовка, которое осталось объяснить, является заглавный предлог «У». Хотя, что уже, собственно, объяснять? Ненароком ли Вы наткнулись на мою страничку, разыскивая в сети что-то иное, но очень нужное Вам в эту минуту; я ли пригласил Вас, случайно встретившись на просторах Интернета; или это сделал кто-то другой – не важно. Важно то, что сейчас Вы находитесь у меня в гостях, и, значит, я приложу все усилия, чтобы Вам здесь было как можно уютнее. Насколько хорошо у меня это получится, судить только Вам. Совсем не обязательно в конце каждого прочитанного кусочка ставить оценку. Впрочем, воля ваша, а я рад любому общению. Не захотите писать, для меня Ваше отношение будет  понятно, если и когда Вы, однажды заглянув сюда, через какое-то время вернётесь снова. А уж если позовёте за собой кого-то из друзей, значит, действительно, я не зря занялся обустройством для Вас этого нового жилья.

          Если какая-то из страниц долго не открывается, не спешите уходить – просто здесь много фотографий. Немного терпения, и страничка откроется обязательно. Впрочем, при нормальной скорости подключения, как у меня, более 40 мБит/сек любая страница сайта открывается за несколько секунд.

          А пока… располагайтесь удобнее и чувствуйте себя, как дома, в гостях у дедушки Кита.

Comments are closed.