День восьмой – Пльзень

Вот и срединный день нашего путешествия. Встаём пораньше, чтобы ещё раз обойти полюбившийся отель. Четыре окна нашего номера, увитые живым плющом и цветами, распахнулись или зажгли свет, словно говоря доступными им средствами: «Будем ждать. Будем ждать…».

На завтрак спускаемся с видеокамерой, но снимать не очень удобно, потому что впервые почти все столики старинного подвала заняты, будто сегодня жильцы нашего маленького отеля вышли на завтрак в одно время с нами, чтобы проститься. Прощаемся и мы: с соседями, с которыми успели подружиться, со старинными стенами, коваными гербами и вездесущим Гарриком Масариком. Бог даст, до следующего раза.

Прощальный круг по Вальштейнскому парку с уже гуляющими павлинами-альбиносами. До свидания, Прага, надеемся, до скорого. А нам пора в путь к новым приключениям.

Прекрасное преимущество индивидуального тура в том, что составленную самостоятельно по ярким рекламным предложениям различных турагентств программу можно менять, как угодно, в любой момент. К примеру, в день восьмой у нас стояло: «переезд из Праги в Мюнхен». Как же! Поняв нашу ненасытность, Женя с ходу предлагает нам некоторые отклонения от традиционных туристических маршрутов, что, согласитесь, радует.

Переезд в другую страну начинается экскурсией на пивзавод города Пльзень – пивной столицы Чехии. А чё там, раз по дороге?! Любители пенного напитка услышат в самом названии города нечто родное, журчащее обертонами, наливаемого в огромную кружку толстого стекла, пива: «П-ль-зень…». Экскурсионные группы отправляются в поход по заводу каждые пятнадцать минут, но в ближайшее время русскоязычных нет. Покупаем билеты с чешскоговорящим гидом. Благо, Женя для перевода рядом, да и брошюры на русском языке нам тоже дают. Время ожидания проводим за завтраком. Любимая заказывает местный супчик, подаваемый в кастрюльке из хлеба. Это не пльзеньский колорит, а чешская национальная традиция, с которой мы уже сталкивались. В таких хлебных кастрюльках готовят и суп-гуляш, и луковый суп, и чесночный… впрочем, кажется, мы его уже где-то ели, но, согласитесь, очень необычное блюдо.

Кстати! О чешской национальной кухне мне замечательно вчера поведал Дима Жуховицкий, отозвавшийся на абзац моего повествования об «исконно чешском блюде» – кнедликах: «Ага! Приезжай к нам в Израиль и скажи кому-нибудь, что кнедли или кнейдлах – это чешское блюдо. Засмеют». Памятуя о «Google его знает», лезу в Интернет. На первой же предложенной страничке читаю: «Кнейдл – это еврейский вариант клёцки…». Заглядываю в следующий сайт с вопросами и ответами: «Что делать со «вчерашними» кнейдлах? – Когда вы подогреваете гуляш или другое мясное блюдо, положите туда кнейдлах. Они впитают в себя мясной соус, и от этого станут ещё вкуснее…». В общем, дорогие чешские друзья, то, что история сильно преувеличивает замкнутость чешских гетто, уже понятно. Осталось только выяснить, евреи ли присвоили аутентичное чешское блюдо или всё-таки чехи украли это старинное еврейское изобретение для собирания подливы.

Перед началом экскурсии изучаем трёхэтажную композицию, рассказывающую о производстве пива. Подвалы с огромными бочками, в которых бродит пивное сусло. Здесь же и бочки поменьше – уже для хранения и перевозки окончательного продукта. Последние обсыпаны монетками, брошенными суеверными туристами, наверное, боящимися, что какой-нибудь инфаркт или диабет лишат их любимого напитка. Глупое занятие. Наслаждайтесь, пока можно, ребята, а запретят самим пиво пить, так за других станем радоваться. Всему своё время. В процессе производства пиво перемещается только из деревянных сосудов в медные и обратно. Столько меди, как здесь, можно увидеть разве что на каком медедобывающем комбинате. Сияет медь и на макете.

Работяги-пивовары приглашают меня перекусить, чем Бог послал. Еда простецкая, но очень даже вкусная. Только что сваренное пиво из огромного кувшина, переделанного в кружку, примиряет любые споры о вкусах. Хорошо!

На возвышении стоит мотоцикл, как говорят, ездящий на пиве. Свежо предание… На мои настойчивые расспросы: «Как он всё-таки работает?», – Женя отвечает честно: «А хрен его знает». Прямой ответ, исключающий дальнейшие расспросы. Впрочем, для стояния в углу особых двигателей не нужно. Почему бы, собственно, ему в баки не налить и пива, чтобы говорить посетителям, глядя в глаза: «Точно пивом заправлен. Сами нюхните под пробочкой»?

Наконец, появляется улыбающаяся девушка, вокруг которой и сбиваемся послушной стайкой, готовой внимать новые истории. Завод, хоть и называется Пльзеньский Праздрой, варит десятки известнейших сортов пива. Назову только некоторые: это и самый употребляемый в Чехии Пилзнер Урквелл, и такие известные сорта, как Великопоповицкий Козел, Радегаст, Мастер, Гамбринус… Если верить карте на стене, то Пльзеньский Праздрой варит пиво по всему миру в десятках пивоварен. Но лучше пльзеньского, конечно же, нет нигде.

Вацлав Второй, основав в конце тринадцатого века город Пльзень, среди прочих прав дал ему и право варить пиво. Правда, слово пиво к хмельным напиткам тех времён вряд ли ещё стоило применять, потому что каждый варил то, что хотел, и если иногда результат радовал, то в ином случае дегустация могла закончиться смертельным исходом. Наконец, к середине девятнадцатого века пивовары решили объединить усилия, построив совместный пивоваренный завод и закрепив рецептуру. Третейским судьёй качества назначили знаменитого по всей Баварии пивовара Йозефа Гролла, который и варил первые партии Пльзеньского Праздроя. В Баварии дядька был знаменит тёмным пивом, поэтому, как патриот, в Чехии согласился варить только светлое, и спасибо ему за это. Я, как раз, светлое предпочитаю. А вот он и на портрете.

Завод. Слева взметнулись трубы новых цехов, справа – белые башни цехов старых, но ещё полных сил, а потому действующих. Между ними аутентичная водонапорная башня, качающая воду с неповторимым вкусом с глубины девяноста метров. Кто только не пытался сварить Пльзеньский Праздрой, используя родные ингредиенты… (кроме местной воды, которую, по понятным причинам, вывезти нельзя, а повторить ещё не удалось никому), но воз и ныне там. Жатецкий хмель, чешский ячменный солод, пльзеньские дрожжи… варят – не то. Так что, дорогие мои, не обессудьте. Есть желание попробовать настоящего чешского пива? – Добро пожаловать в Пльзень. Без вариантов.

Для начала едем на автобусе, окна которого закрашены логотипами завода, но, к удивлению, прозрачны изнутри. Не знаю, какие причины возобладали: желание сэкономить пару минут от экскурсии или обыкновенные понты, но едем буквально за угол. Нет, я, собственно, за разнообразие. Прокатили на халяву и хорошо.

Заводскую продукцию, вон, тоже испокон возят, а не носят. Вот грузовичок и телега, на которых раньше развозили пиво в бочках. Тут же и железнодорожный состав, которым стали вывозить пиво с завода по мере увеличения объёмов производства.

Какие рессоры не придумывай, а пиво перевозки не любит, поэтому и строят в тех краях, где знают толк в пенном напитке, пивные заводике на местах. В каждом чешском или баварском городке их несколько. Сварили, и тут же за забором посетителям свеженькое наливают. Чтобы понять разницу между живым пивом и тем, что перевозят в разнокалиберных пивных гробиках, от банок с бутылками до пятидесятилитровых кег, достаточно просто попробовать. Не премините при случае. Не пожалеете.

Заходим в заводское здание. Производительность новых цехов такая, что бутылками с пивом, изготовленными в течении двадцати шести часов, можно выставить дорогу в сто девять километров от Пльзени до Праги. А ещё ведь пиво бочковое и баночное. Пустые бутылки со скоростью бегуна протекают через автоматику, отбраковывающую посуду с малейшим подозрением на загрязнённость…

Помнится, в студенческие годы, работая на пивзаводе города Калининграда, прежде известного как Кенигсберг, эту операцию мы делали вручную. Я садился перед медленно движущимся конвейером с пустыми бутылками и смотрел сквозь них на ярко подсвеченный белый экран, периодически вынимая из потока бутылку, отличающуюся от других налипшей паутиной или, к примеру, неведомо как оказавшейся внутри мышкой. Ночью глаза «ловили зайчиков» не меньше, чем у чудака, полюбовавшегося электросваркой.

Чистоту огромного цеха поддерживает всего один человек на моечной машине. Вы часто видели, чтобы полы с мылом мыли? Так здесь это есть.

В этом же помещении огромные баки, где пиво пастеризуется. Вокруг сплошная чистота и робототехника. Огромные цеха, которые мы осматриваем сквозь стекло, обслуживает всего двадцать три человека, и все, прошу заметить, в белых халатах. Но на глаза они практически не попадаются. Автоматика! Трудно поверить, что эти хитросплетения труб перепутались осмысленно, но никуда не денешься – реально у каждой своё предназначение.

Прогуливаться по заводским коридорам лично для меня трудновато. Уж, больно хороша реклама любимого напитка, украсившая стены, а до дегустации, как я понимаю, ещё гулять и гулять.

Вспоминаю, как в далёком 1979 году наши чешские друзья-студенты организовали нам экскурсию на пивзавод города Бенешова. Памятуя о том, что учились мы все в пищевом институте, грех было не представить нас всех огульно пивоварами, чтобы расположить заводское руководство к мнимым коллегам. Целый час главный инженер мучил нас долгими рассказами о тонкостях пивного производства, таская за собой по предприятию. Наконец, в цехе розлива мы ему мягко намекнули, что лето, жара и очень пить хочется. Рабочие решили подшутить и наполнили для нас пивом десятилитровое ведро, к которому была приварена ручка, делающая его схожим с гигантской пивной кружкой. Как и положено, последними, а значит хорошо, смеялись мы, когда, обойдя по кругу полтора десятков «пивоваров-дегустаторов», половина из которых были девочки, ведро было перевёрнуто и из него не пролилось ни капли. На этом экскурсия закончилась, и нас повели в комнату для гостей, где мы порядком подсократили гостевые запасы пива бенешовского завода.

Заходим в новый цех, поднявшись на самом большом лифте Чехии, вместимостью семьдесят два человека. Интересная единица измерения, поэтому кто-то из дотошных экскурсантов пытает гида: «А сколько будет, если посчитать в китайцах?». Экскурсовод быстро находится: «В три раза больше, чем в пивоварах».

Мудрые чехи начинают экскурсию с фильма об истории завода. Здесь сразу и все секреты пивоварения, и поэтапная модернизация отдельных производств. Вот работяги мешают сусло деревянными лопатами, а на соседнем экране это уже делает машина. Прогресс налицо! С секретами ещё проще: ячменный солод, хмель, пивные дрожжи и вода. Вари, не вари, но так, как на этом заводе, всё равно не получится. Здесь пиво лучше. В общем, темнят гады.

Нет, на первый взгляд они ничего и не скрывают. Экскурсовод добросовестно показывает нам все ингредиенты, разрешает их пощупать и положить на зубок, не проверяя, а не затесался ли в наши ряды шпион с завода-конкурента. И мы подчиняемся, добросовестно пробуя солод в разных стадиях зрелости от ячменя до конечного продукта.

Разминаем пальцами хмель, выращенный только на чешских землях Жатецкой области, что считается образцовым среди пивоваров всего мира. Хмелевые плантации мы много раз проезжали, когда перемещались по стране, но всегда они, по понятным причинам, находились вдалеке от трасс, поэтому сфотографировать их не удавалось. На заводе это сделали за нас, разместив фотографию плантации хмеля во всю длину стены. Воспользуемся для вас, дорогие мои.

Сами шишечки хмеля лежат открыто, настолько настойчиво приглашая взять хоть одну на память, что мы не берём. А не надо навязывать.

Разглядываем в микроскопы дрожжи, секрет которых легко узнать, заныкав маленький образчик. Вон, голубенькие, копошатся. Интересно, почему они голубые? Впрочем, не будем лезть в чужую личную жизнь, это их дело. Пиво-то, в конце концов, не голубого цвета вызревает, и на том спасибо.

Осталось вспомнить об артезианской воде, и все составляющие настоящего пива уже перечислены, но идеальный конечный продукт получается только здесь. Может, воздух особенный?

Гуляем между огромными медными ёмкостями, в которых будущее пиво должно трижды провариться перед тем, как начать бродить. Медное царство.

По некоторым трубам, когда застревает сусло, безжалостно колотят деревянными кувалдами. Ничего: мнутся, но выдерживают.

Наконец, спускаемся в холодные подвалы, одевая попутно куртки. Вот огромный зал, в который зимой сбрасывали большие бруски льда, выпиленные на реке, и этот естественный холодильник поддерживал постоянную температуру во всех девяти километрах лабиринтов подвалов до следующей зимы.

Сегодня, конечно же, температура поддерживается более современными способами, но когда-то все эти коридоры были вырублены вручную, а затем уже заполнены бочками с пивом. Внушает.

Поплутав по длинным подземным коридорам, наконец, приближаемся к залу, заполненному огромными бочками, хранящими настоящее живое пиво, сваренное дедовскими способами, как эталон, с которым постоянно сравнивают серийную продукцию. Бочки сделаны вручную, поэтому разного объёма, о чём уведомляет клеймо на каждой: 38 HL, 46HL…

Последний штрих – дегустация пива, которого вы не попробуете никогда и нигде, кроме этих подвалов. То «живое» пиво, которое вам предлагают некоторые рестораны, таковым не является по определению. Во-первых, основную массу пива фильтруют и пастеризуют, но даже и то незначительное количество, которое отпускают без этих процедур, всё равно заражается некоторым количеством консервантов, без которых оно просто выпало бы в осадок ещё в пути. Во-вторых, любая встряска для пива вредна, а перемещать его, не взбалтывая, пока не научились.

Насладившись настоящим пивом, покидаем гостеприимные подвалы с надеждой когда-нибудь ещё раз их посетить.

Сфотографировавшись напоследок рядом с рожком мороженного, при более тщательном осмотре оказавшимся кружкой пива, садимся в машину, чтобы продолжить наш переезд в новый город новой страны.

Вы думаете в Мюнхен? Как бы не так! Только мы трогаемся, как узнаём, что сюрпризы Жени на сегодня ещё не закончились. Интересно? Тогда вперёд!

This entry was posted in  . Bookmark the permalink.

One Response to День восьмой – Пльзень

  1. Puhov says:

    для здоровья полезно как мниимум)

Leave a Reply

Your email address will not be published.

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>